Jump to content
Sign in to follow this  
Konstantinforex..

Статьи на тему биржевой торговли.

Recommended Posts

Konstantinforex..

Статья: Путь, который мы выбираем.

 

Не помню где нашел это письмо, на каком сайте или форуме, но, думая на какую тему написать первую статью и обнаружив этот своеобразный «меморандум трейдера» в своих архивах, не стал добавлять от себя ничего, настолько точно передано автором все тернии через которые приходиться проходить будущему трейдеру, если он хочет стать профессионалом.

Хочу лишь заметить, что автор письма, по-видимому, не занимался волновым анализом рынка (судя по некоторым его высказываниям), возможно в этом случае путь к успеху был бы покороче.

«Мне иногда пишут люди.

С вопросами, прося совета или рекомендации. И хотя они все находятся на разной ступени развития как трейдера, часто витает в их письмах невысказанный вопрос: что дальше?

Поскольку вопрос, что дальше появляется у всех, я позволю себе публично ответить на пришедшее недавно письмо, естественно не указывая имя автора письма. Возможно, мои ответ будет ответом на вопрос “что дальше” не только конкретному человеку, но и многим другим, которые задавали этот вопрос если не мне то самим себе.

Цитата:

Привет, Алекс.

Я только начинаю на форекс… проиграл первый депо – 300 баксов. Чтобы не отнимать у тебя время, сразу спрошу: в фирме CMS есть фрактал торговая система. Я посмотрел по истории – кажется О.К. Что скажешь? Ты человек опытный, а я уже и на демо и на реале работал по всем индикаторам и системам, кроме этой – весь успех до раза. Продержался три месяца и вылетел в одном тренде, который не увидел. Можно работать по фракталам? Если есть время – может еще что подскажешь… Заранее спасибо.

Привет!

Скажу я следующее. Фракталами я никогда не занимался, однако, несмотря на это, думаю, что ты сольёшь и на фракталах. Точно так же как слил на всех остальных системах. И проблема здесь не столько в том, что за идея лежит в основе системы, сколько в том, что то, что ты сейчас понимаешь под системой, прочитав объяснения в книге, то, что ты используешь как основу для трейдинговой системы будь это фракталы, осцилляторы, мувинги, еллиот, фиббоначии и прочее и прочее, – это лишь идеи…, и взять эти идеи и начать их просто торговать, как делают новички, прочтя очередную идею в учебнике или статье – нельзя, т.к этого не достаточно и последствия всегда одинаковы – слив… Тем не менее, если, как ты говоришь, ты уже всё перепробовал и остались только фракталы, то, закончив с фракталами, ты пройдешь первый виток по спирали эволюции трейдера.

Во время этого витка новички, как правило, перепробывают все известные идеи и методы, описанные в книгах и на сайтах. После этого 70% новичков бросают трейдинг навсегда, окончательно “убедившись” в том, что ничего не работает и вообще всё это был сплошной обман. Более упорные приступают ко второму витку: выбирают какие-то полюбившиеся идеи, методы, приемы, и начинают с ними работать, пытаясь методом проб и ошибок постепенно нарастить “мясо” на тот каркас идей и приемов, который, как им кажется, должен работать. На это тоже уходит долгое время.

Потом начинается третий виток. Убедившись, что любимые методы и идеи тем не менее не дают желаемого результата, трейдер возвращается к каким-то идеям, которые он пробовал в первом витке и пытается как-то их скомбинировать с идеями второго витка. На это тоже уходит много времени.

Да, кстати, обычно каждый виток сопровождается как минимум одним, а то и несколькими заходами в реал с последующими потерями. Правда, возможны и периоды не затяжных выигрышей.

Потом наступает еще один этап, когда трейдер пытается переосмыслить любимые идеи на базе опыта первых трех этапов и с учетом добавленных идеи в третьем этапе, начинается переосмысление ММ, методики и тактики игры, ведутся работы в направлении комбинирования временных периодов…

На пятом этапе трейдер задумывается, почему через определенные периоды времени система “ломается”. Начинаются работы по стратегическому переосмыслению методы и входящих в нее систем, с целью определить, выделить фундаментальную составляющую, красную нить методы, переформулировать фундаментальную идею метода и понять происходят “ломки” по “вине” маркета или это всё-таки недоработка методы. Еще время, ещё силы, ещё деньги…

Параллельно идет борьба с самим собой т.к все время в глубине души зудит комарик недоверия ко всему происходящему и иной раз кажется, что жена права: ты – идиот, это не для тебя, надо брать последние бабки, которые ещё остались и отваливать пока не поздно… Это паскудное чувство гнетёт душу в позиции и заставляет делать ошибки и начисто посылать родной метод на три буквы в те минуты, когда перед носом маячит живой профит или кажущаяся неминуемость лося. На следующее утро, как правило, смотришь на себя в зеркало и говоришь вслух: “Ну что, гад , допрыгался?!”

Так шаг за шагом, год за годом приходится не только нащупывать путь в кромешной тьме, но и заставлять себя верить в себя, не смотря на то, что ты – 0 и в свою методу, которой нет…

Постепенно после 5-7 лет работы, наступает момент, когда тот факт что ты ничего не знаешь о завтра, тогда как друзья знают, что завтра будет зарплата, как-то уже не давит на психику, и на вопрос жены ночью: “Саша, что с нами будет?” ты уже не пытаешься притвориться спящим, а спокойно отвечаешь: что будет – то будет…

Постепенно метода начинает приобретать законченные очертания. Она базируется на твоей философии торговли вымученной годами, на твоей практике, за которую уплачено сполна. Все меньше делаешь ошибок, всем меньше во время трейдинга “позывов” пойти против своего же метода и спороть глупость – ты уже спинным мозгом понимаешь что “позывы” заканчиваются сливом, как в прямом, так и в переносном смысле ….

Ты понимаешь, пределы работы метода, ты понимаешь, его недостатки, ты знаешь примерно где, когда и сколько ты можешь потерять. Тебя перестают интересовать статьи о трейдинге, ты перестаешь покупать книжки, тебя не интересуют чужие методы, рекомендации, советы, мнения, взгляды, ты больше не спрашиваешь совета у Алекса, он тебе уже не нужен, смотря назад, вниз, ты видишь какой долгий путь ты прошел, как высоко ты поднялся, ты смотришь вниз с высоты своего опыта и видишь многие витки спирали собственной эволюции, ты видишь, что не все витки были кругами, многие были эллипсами, ты понимаешь, что все эти витки эволюции тебя, как трейдера, постепенно сужались и сужались в диаметре, приближаясь постепенно к невидимой оси, к стержню, к тому к чему ты стремился – к истине…, и ты вспоминаешь себя на кругах, когда до истины было казалось рукой подать, но не дотянуться – требовался очередной виток… и ты вспоминаешь себя на эллипсах, когда казалось ты был очень близко к истине, а потом уходил от нее все дальше и дальше … а потом опять приближался..

Потихоньку ты начинаешь делать деньги. Немного… немного, медленно-медленно. Но ты и не торопишься. Ты знаешь что жизнь коротка, ты знаешь что дети растут, ты знаешь что мало осталось, что другие поднялись раньше, многие выше . Но тебя это уже не волнует, да и на тебя уже и так все давно махнули рукой…

День за днем все больше крепнет уверенность в том, что ты делаешь правильные вещи, что эволюция не бывает быстрой, она идет медленно, хотя иногда скачками. Ты не торопишь себя, не дергаешься, как раньше. И когда ты, как Будда, каждое утро включаешь комп и без особых внутренних переживаний делаешь трейд за трейдом, трейд за трейдом, копейку за копейкой, копейку за копейкой, в какой-то момент ты начинаешь знать, понимать, чувствовать, что ты стал тем, кем тебе всегда было положено стать – ты стал трейдером».

03.12.2007. KonstantinFOREX

  • Upvote 1
  • Thanks 4

www.konstantinforex.ru

Share this post


Link to post
Share on other sites
Astronaut

С идеей, изложенной в статье согласен. Только упорный труд может сделать из обезьяны слесаря четвертого разряда.:drv:

Share this post


Link to post
Share on other sites
ReAcT

Таинственный «Чувак» наводит ужас на фондовый рынок Турции

 

 

«В этой посудной лавке [фондовом рынке Турции] завелся гигантский слон, а точнее – бык!», - восклицает один из трейдеров. Вот только – что весьма нехарактерно для Турции – «никто ничего не знает наверняка» относительно личности этого загадочного персонажа. Как пишет Bloomberg, таинственный инвестор заявил о себе полтора года назад, заключив в течение одного дня сделок на сумму $450 млн, что почти вдвое превышает усредненное значение по рынку. Теперь же он совершает крупные сделки со все увеличивающейся частотой, отпугивая конкурентов, неспособных вычислить, когда он, или она, нанесет следующий удар, сообщают трейдеры и банкиры.

Тургай Озанер и его партнеры  месяцами изучали официальные отчеты по дневным торгам, пытаясь вычленить признаки, способные помочь идентифицировать эту призрачную личность, но разгадка по-прежнему ускользает. Как цитирует Bloomberg Озанера, «никто ничего не знает наверняка. И это - в Турции, где все обычно в курсе происходящего».

Клиенты как минимум одного европейского банка прекратили открывать краткосрочные позиции по турецким акциям после того, как был сделан вывод, что этот инвестор использует алгоритмическую систему, в которой сделки определяются с помощью сложных формул. Тем временем другие игроки также избегают входить в рынок, пока не получат более подробную информацию, сообщает осведомленный источник.

В этом году загадочный “Herif” (турецк. - «парень, чувак») взвинтил средний показатель ежедневных торговых объемов на фондовой бирже Стамбула Borsa Istanbul почти на 8%. Для сравнения, за этот период на главной бирже Варшавы торги упали на 15%, а в Москве обвалились на 27%, по данным Bloomberg.

На развивающихся рынках не редкость, когда один-единственный игрок своими краткосрочными сделками вызывает сильное движение, особенно в странах вроде Турции, зависящих от притоков иностранного капитала. Однако никто в Стамбуле никогда ранее не видел ничего подобного тому, что происходит сейчас.

«В этой посудной лавке завелся гигантский слон, а точнее – бык!»,- комментирует Керим Байкал, фондовый менеджер  в управлении которого находится порядка $610 млн. «У него кошелек толще, чем у всех остальных игроков, и он может двигать рынок в любом направлении».

Кем бы они ни был, он искусно оттачивает свою систему, суть которой заключается в том, чтобы действовать через небольшие местные брокерские фирмы, регулярно меняя их. Благодаря ему, последняя такая контора, превратилась в крупнейшего на данный момент чистого покупателя на рынке.

Два года назад на ее долю  приходилось менее 2% от общего объема сделок, теперь же это один из крупнейших игроков на рынке.

Так, к примеру, согласно официальной статистике, 22 февраля размер размещенных фирмой ордеров на покупку акций составил 486 млн лир ($167 млн), что в 15 раз превысило дневной оборот крупного американского банка, работающего в Турции, ставшей вторым по величине игроком в тот день. За 16 торговых дней по 8 марта эта контора зарегистрировала ордеров на покупку бумаг шести крупнейших банков Турции и Turkish Airlines на сумму, достигающую почти 1 млрд лир, что позволило индексу Borsa несколько раз обновить 3-месячные максимумы.

В целом за январь и февраль контора совершила чистых покупок акций на сумму 1.23 млрд лир, почти на 70% опередив ближайшего следующего за ней по величине конкурента . По этой причине Озанер  и назвал таинственного покупателя «маркет-мейкером».

Тем не менее, заключает Bloomberg, цитируя Изика Окте, инвестиционного стратега , более серьезным вопросом может оказаться не «кто» этот «Чувак», а «что» он такое.

Используемые им брокерские фирмы объединяет одно общее свойство – возможность высокочастотной торговли, в рамках которой торговые стратегии реализуются роботами, а не людьми.

В конце прошлого года стамбульская биржа перевела свои серверы в новый центр обработки данных в надежде привлечь алгоритмических трейдеров в преддверии уже давно откладываемого IPO. Фирмы, занимающиеся высокочастотной автоматизированной торговлей, часто размещают свои серверы в тех же дата-центрах, чтобы обеспечить максимально быстрое соединение с компьютерами биржи. Окте уверен, что именно так поступает и неизвестный инвестор.

«Этот алгоритмический трейдер только что открыл новый рынок, и он устроил свое собственное шоу, поскольку конкурентов у него пока недостаточно – но они появятся», - говорит Окте. «Мы находимся на самых ранних этапах, но, как демонстрируют нам развитые рынки, машины всегда побеждают».

Остается гадать, что же это такое – новая игра «найди себе небольшой молодой рынок, пригодный для алгоритмической торговли»? или это были поставщики ликвидности? Мы полагаем – если только стамбульскую биржу не накроет стремительный обвал – что правительство Эрдогана будет позволять (и поощрять) таинственного «Чувака», в одиночку поднимающего фондовый рынок страны. В конце концов, акции растут, доказывая, что он все делает правильно.

Share this post


Link to post
Share on other sites
SERGEI MAKARENKO

В конце концов, акции растут, доказывая, что он все делает правильно.

Закончится это грохотом разрыва мыльного пузыря в Турции и иже с ними.

Чудес - не бывает, тем более на прагматичном рынке.

  • Downvote 1

Трейдинг на халяву?  Так не бывает!

Успех на Форексе - осмысленное движение против мнения большинства.

На рынке всегда преобладает презумпция Ошибки!

Share this post


Link to post
Share on other sites
SaniaA3

Закончится это грохотом разрыва мыльного пузыря в Турции и иже с ними.

Чудес - не бывает, тем более на прагматичном рынке.

 

Пузыри не разрываются - они сдуваются, ровно по тем же правилам что и надуваются.

 

Например купил человек акций на $200 млн - по этой причине рынок (пузырь) надулся например на 5%, если этот же человек продаст акций на $200 млн., то пузырь сдуется ровно к тому же уровню что и перед покупкой. Если покупка происходит за несколько дней/лет. например человек купил сегодня на $100 млн. после него пришел еще 1 человек и купил на 200 долларов (не млн), а завтра первый человек купил еще на $100 млн. на следующий день второй инвестор вывел свои 200 долларов с прибылью, а на следующий день первый инвестор вывел свои 200 млн., рынок упадет ниже первоначального уровня, а прибыль второго инвестора, равна убытку первого.

Share this post


Link to post
Share on other sites
ReAcT

Правильный подход к торговле на финансовых рынках

 

Трейдинг ничем не отличается от любой другой профессии. Можно ли стать нейрохирургом после посещения двухдневного семинара и прочтения нескольких книг? Но почему же многие надеются стать "волшебниками рынка" по прошествии очень короткого промежутка времени?

 

Если вам выпадет возможность поговорить с успешным спекулянтом, вы поймете, как много сил, времени, самоотдачи и потерянных денег ему потребовалось, чтобы стать тем, кем он является сейчас. Стабильно побеждать рынок так же трудно, как быть лучшим в своем деле юристом, врачом или бизнесменом.

 

Прежде всего, необходимо принять решение о том, что вы действительно хотите торговать. Спросите себя, действительно ли вас интересует именно торговля акциями, или вас привлекает только связанный с ней потенциал заработка?

 

Наполеон Хилл написал книгу "Думай и богатей" ("Grow Rich With Peace of Mind", Napoleon Hill). Беседуя с лучшими специалистами в разных сферах, он пришел к выводу, что каждый из этих людей любит выбранную профессию. Они бы занимались этим и без денег.

 

Торговля - не исключение. Если ваша главная цель при торговле на финансовых рынках - просто зарабатывать как можно больше, вы вряд ли достигнете статуса супертрейдера. Деньги могут служить мотивацией, только если у вас есть стимул изучать и осваивать то, что действительно работает на рынке, а не очередную модную идею, использующую любовь человека к деньгам.

 

Удивительно, как много трейдеров не читали даже самых базовых книг по торговле на финансовых рынках. Складывается впечатление, что им жалко тратить время и силы на чтение книг и изучение базовых принципов. В то же время, они готовы, гонясь за мечтой, за полгода "слить" $10 000 со своего счета. Будьте реалистами! Для успешной торговли нужно не только делать "домашнее задание", но и постоянно прилагать усилия для того, чтобы идти в ногу с развитием данной индустрии.

 

Из серии книг Джека Швагера "Волшебники рынка" ("Market Wizards", J. Schwager) вы узнаете, что практически все успешные трейдеры, прежде чем добиться стабильных результатов, прошли многолетний путь проб и ошибок, не говоря уже об огромных затраченных усилиях на обучения спекуляциям. Почему в вашем случае должно быть по-другому? Вы считаете, что вы лучше, чем они? Не повторяйте распространенной ошибки. Чтобы стать хорошим трейдером, как и хорошим юристом, требуются годы интенсивной учебы и труда. Если вы - новичок, не рассчитывайте на быстрый успех и доходность 100% годовых с самого начала.

 

Рассматривайте первые три года торговли, как учебу в университете. Рынок - как вашего учителя, а первый капитал на торговом счете - как плату за обучение (поэтому постарайтесь, чтобы она была как можно ниже).

 

Работа над освоением торговли

 

Здесь можно выделить два элемента:

 

Во-первых, нужно будет потратить некоторое время на анализ себя и своего характера, найти удобный для вас стиль торговли, научиться правильно торговать, много читать, изучать и задавать вопросы. По сути, нужно с нуля создать свою собственную торговую систему. Если выполнение упомянутой подготовительной работы вас не пугает, и вам не терпится начать, то у вас, возможно, есть надежда.

 

Разработав торговую систему, которая вам подходит, и выработав железную дисциплину для соблюдения намеченного плана, вы будете готовы вступить в постоянную борьбу за поддержание должного уровня торговли. Трейдер не может достичь вершины, он вынужден всегда идти к ней. Стремитесь постоянно вносить улучшения. Никогда не удовлетворяйтесь текущим качеством своей системы.

 

Во-вторых, ищите недостатки. В каждой системе и у каждого трейдера есть, что улучшить. Характер рынка со временем меняется, поэтому необходимо постоянно учитывать эти изменения. Стремитесь стать еще более дисциплинированным, продолжайте работать над ошибками.

 

Да, даже опытные трейдеры совершают ошибки. Посмотрите хотя бы на Джесси Ливермора (желательно не просто прочесть эту книгу, а изучить методы работы этого парня). Ливермор торговал акциями и товарно-сырьевыми активами еще в начале 1900-х. Несмотря на то, что свой весьма скромный бюджет он сумел превратить в несколько миллионов долларов, он все равно терял деньги. С одной стороны, его можно считать одним из величайших трейдеров всех времен. Но с другой, его поведение было опасным в том смысле, что он не мог контролировать свои эмоции.

 

Казалось бы, заработать несколько миллионов долларов и потерять их - достаточно болезненный опыт, чтобы его больше никогда не повторять. Но когда он после тяжелого падения снова довел свой счет до нескольких миллионов, которые потерял в одной плохой сделке, это должно было стать тревожным сигналом.

 

Совершить ошибку может каждый, но губительно - не сделать из нее выводов. К сожалению, когда во второй раз произошло то же самое, мысль о необходимости снова подниматься показалась ему слишком тяжелой, и он покончил с собой.

 

Таким образом, хотя Ливермор был одним из лучших трейдеров, он недостаточно работал над своей психологией. Если бы он выработал хороший план управления капиталом и строго его придерживался в каждой сделке, то не попал бы в такую ситуацию.

 

Вывод

 

Даже если вам удалось стать успешным трейдером, фатальные ошибки подстерегают вас на каждом шагу. Только овладев своими эмоциями и улучшая свою торговлю, можно избежать слива.

 

Share this post


Link to post
Share on other sites
ReAcT

Джим Саймонс, глава хедж-фонда, занимающий 67 место в Bloomberg Billionare index ( индекс миллиардеров) делится своими взглядами

 

Джим Саймонс был математиком и криптографом, которого однажды осенило: комплексная математика, благодаря которой он взламывал коды, могла также объяснить схемы финансового мира. Став миллиардером, он начал поддерживать следующее поколение учителей математики и других наук. Куратор TED Крис Андерсон расспрашивает Саймонса о его выдающейся жизни, связанной с цифрами.

 

 

Крис Андерсон: Вы были математическим феноменом. Ещё в молодом возрасте вы уже преподавали в Гарварде и МТИ. А затем вас пригласили работать в АНБ. Как это было?

Джим Саймонс: АНБ — Агентство национальной безопасности. Нельзя сказать, что они меня пригласили. У них было подразделение в Принстоне, для которого им требовались математики, чтобы взламывать секретные коды и делать подобного рода вещи. Я знал об их существовании. У них были хорошие условия, потому что половину времени можно было заниматься своими расчётами и как минимум половину времени — работать над их заданиями. Они много платили. Так что это было весьма привлекательное предложение. И я пошёл туда работать.

 

КА: Вы были взломщиком кодов.

 

ДС: Да.

 

КА: Пока вас не уволили.

 

ДС: Да, меня и правда уволили.

 

КА: Почему?

 

ДС: Почему? Меня уволили, потому что в то время шла война во Вьетнаме, а главный руководитель этой организации был большим её фанатом. Он написал статью в New York Times для первой полосы газеты о том, как мы выиграем войну во Вьетнаме. Мне же не нравилась эта война. Я считал её бестолковой. И я написал письмо в Times, которое они опубликовали, что не все, кто работают на Максвелла Тэйлора, если кто-то ещё помнит это имя, разделяют его взгляды. И предоставил своё мнение...

 

КА: Понятно. Понятно, почему...

 

ДС: ...которое расходилось с мнением генерала Тэйлора. Но тогда никто никак не отреагировал. Мне тогда было 29 лет, и один парень подошёл ко мне, представился внештатным корреспондентом журнала Newsweek и сказал, что хочет взять у меня интервью о том, как мои взгляды отражаются на деле. Я ответил: «Сейчас я больше занимаюсь математикой, а когда война закончится, буду больше работать над заданиями организации». А потом я совершил такой «умный» поступок, какой только мог, — я рассказал своему начальнику об этом интервью. Он спросил: «Что ты ему сказал?» Я рассказал ему. Тогда он сказал: «Мне нужно позвонить Тэйлору». Он позвонил Тэйлору, это заняло 10 минут. 5 минутами позже меня уволили.

 

КА: Ясно.

 

ДС: Но это не было чем-то плохим.

 

КА: Не было, потому что вы отправились в Стоуни-Брук и продолжили вашу математическую карьеру. Вы начали работать вот с этим человеком. Кто он?

 

ДС: О, Черн [Чэнь Синшэнь]. Черн был одним из величайших математиков столетия. Я познакомился с ним, когда был аспирантом в Беркли. У меня было несколько идей, которыми я поделился с ним, и они ему понравились. Вместе мы работали над тем, с чем можно легко ознакомиться здесь. Вот оно.

 

КА: По результатам вы издали известную совместную научную работу. Можете ли вы объяснить в общих чертах, о чём эта работа?

 

ДС: Нет.

 

(Смех)

 

ДС: Кому-то я бы мог её объяснить, но...

 

(Смех)

 

КА: Возможно, вы объясните это?

 

ДС: Но немногим. Немногим людям.

 

КА: Помнится, вы сказали, что это как-то связано со сферами, поэтому давайте начнём с них.

 

ДС: Действительно. Хочу только сказать об этой работе — до того, как мы приступим, — что в этой работе была сильная математика. Мне она очень нравилась, и Черну тоже. На её основе даже образовалась подотрасль, сейчас она в самом расцвете. Но интереснее всего, что она была применима и к физике, о которой мы ничего не знали, — по крайней мере, я-то уж точно, и не думаю, что Черн знал чертовски много. Примерно через 10 лет после публикации работы парень по имени Эд Виттен из Принстона начал применять её к теории струн, а в России её начали применять к теории конденсированного состояния. Сегодня то, что называется инвариантами Черна-Саймонса, широко распространено в физике. Это было потрясающе. Мы вообще не знали физики. Я и подумать не мог, что это будет иметь к ней отношение. В этом и есть математика: никогда не знаешь, куда она приведёт.

 

КА: Невероятно. Мы говорили о том, как эволюция формирует сознание людей, которые могут постичь или не постичь истину. Каким-то образом вы разработали математическую теорию, абсолютно не зная физики, а через два десятка лет выяснилось, что она применяется для детального описания физического мира. Как такое произошло?

 

ДС: Бог его знает.

 

(Смех)

 

Знаменитый физик [Юджин] Вигнер написал эссе о необъяснимой эффективности математики. Эта математика, которая в каком-то смысле берёт своё начало в реальном мире, — мы учимся считать, измерять, все это делают — а затем она становится чем-то большим. Очень часто она спасает положение. Теория относительности, например. У [Германа] Минковского была теория по геометрии, а Эйнштейна осенило: «Это же именно то, где я могу примерить теорию относительности». Никогда не знаешь наверняка. Это загадка. Загадка.

 

КА: Здесь на изображении — образец математической изобретательности. Расскажите нам о нём.

 

ДС: Это мяч; сфера, заключённая в сетку из таких вот квадратов. То, о чём я расскажу, было впервые замечено [Леонардом] Эйлером — великим математиком 1700-х годов. Постепенно это превратилось в очень важную отрасль математики — алгебраическую топологию, геометрию. Та работа, что была на экране, берёт начало именно в ней. У этой фигуры есть 8 вершин, 12 рёбер, 6 граней. Если рассчитать по такой формуле: вершины минус стороны плюс грани, — то получим 2. Что ж, двойка — хорошее число. Можно сделать по-другому: тут оболочка из треугольников. У нёе 12 вершин, 30 рёбер и 20 граней, 20 плоскостей. Вершины минус стороны плюс грани также равно двум. И такое можно проделать с чем угодно — покройте фигуру оболочкой из любых многоугольников и треугольников или теми и другими. Вычитая из вершин стороны и прибавляя грани, в итоге получите 2. Вот другая фигура. Это тор, или поверхность пончика, покрытая прямоугольниками: 16 вершин, 32 стороны, 16 граней. Вершины минус стороны получается ноль. Всегда будет ноль. Всегда, помещая тор в оболочку из квадратов или треугольников или чего-то ещё, получаем ноль. Это называется Эйлеровой характеристикой. Это и есть топологический инвариант. Это весьма увлекательно. Неважно, какая оболочка, результат всегда будет один и тот же. Это было первым шагом, в середине 1700-х годов, в сторону дисциплины, которая теперь носит название алгебраическая топология.

КА: В своей работе вы взяли эту идею и развили её в многомерную теорию, применимую к многомерным объектам, и обнаружили новые инвариантности?

 

ДС: Да. К тому моменту уже существовали многомерные инварианты: классы Понтрягина, а также классы Черна. Существовала целая группа различных видов инвариантов. И я трудился над одним из таких типов с целью смоделировать его как бы комбинаторно, нежели как это обычно делалось, что привело к этой работе и нашему открытию новых зависимостей. Но если бы не господин Эйлер, написавший почти 70 томов, посвящённых математике, имевший 13 детей, которых он, очевидно, качал на коленках, пока писал работу, — если бы не Эйлер, то, возможно, и не было бы никаких инвариантов.

 

КА: Ваше объяснение помогает понять, какой гений кроется за этим достижением. Давайте поговорим о «Ренессансе». Вам приглянулась эта идея, и, будучи взломщиком кодов в АНБ, вы начали взламывать коды в финансовой отрасли. Думаю, вы не купились на гипотезу эффективного рынка. Каким-то образом вы нашли способ получать невероятный доход более 20 лет. Как мне объяснили, не столько размер дохода был впечатляющим в вашей схеме, но удивительно низкая волатильность и риск в сравнении с другими хедж-фондами. Как же у вас это получилось, Джим?

 

ДС: Мне это удалось, благодаря великолепной команде. В то время, когда я занялся торговлей, я стал немного уставать от математики. Мне было уже далеко за 30, а денег почти не было. Я начал заниматься торговлей, и дело пошло хорошо. Я заработал много денег, благодаря одной лишь удаче. Точнее, я думал, что это удача. Конечно же, математически я ничего не просчитывал. Но обратившись к данным некоторое время спустя, я понял: похоже на то, что тут есть некая структура. Я нанял несколько математиков, и мы начали создавать модели — подобную работу мы делали в ИВИ [Институте военных исследований]: разрабатываешь алгоритм и тестируешь его на компьютере. Работает? Не работает? И так далее.

 

КА: Давайте взглянем. Вот типичный график некоего товара. Взглянув на него, я думаю: «Это просто случайная кривая, скачущая вверх-вниз.

Может, в целом с небольшим восходящим трендом». Как можно вести торговлю, используя этот график, и видеть, что движения кривой не случайны?

 

ДС: В те времена — это старый график — у товаров и валют была тенденция к тренду. Не обязательно такой тренд, как здесь, но тренды периодически наблюдались. И если думаешь: «Сегодня я сделаю прогноз, основываясь на поведении кривой за последние 20 дней — выделено жёлтым. Возможно, это будет неплохой прогноз, и я немного заработаю». Несколько лет назад такой подход сработал бы — не идеально, но сработал. Заработаешь денег, потеряешь, снова заработаешь. Но игра не стоит свеч — вы бы немного заработали даже за год. Это весьма рудиментарная система.

 

КА: Вы тестировали множество трендов разной длины и смотрели, можно ли по 10-дневному или 15-дневному тренду предсказать, что случится дальше.

 

ДС: Конечно, пробуешь такие вот вещи и смотришь, что лучше всего работает. Следование за трендом процветало в 60-х годах, в 70-х было так себе. К 80-м же годам — уже нет.

 

КА: Потому что это стало очевидным для всех. Как вам удалось остаться в авангарде?

 

ДЖ: Нам это удалось, потому что мы искали новые подходы, в некоторой степени краткосрочные. Целью было собрать колоссальный объём информации — тогда мы делали это вручную. Мы шли в Федеральный резерв и копировали записи об изменении процентных ставок и подобную информацию, так как этого не было в компьютерах. Мы собрали много информации. Также умные люди были ключом к успеху. Я не знал, как нанимать людей для занятия торговлей. Я нанял нескольких. Кто-то зарабатывал деньги, кто-то — нет. Я не мог так наладить бизнес. Но мне известно, как нанимать учёных, — в этом-то я немного знаю толк. Вот чем мы и занимались. Постепенно эти модели становились всё лучше и лучше, и лучше, и лучше.

 

КА: Считается, что вы сделали нечто важное для «Ренессанса»: создали эту культуру, эту группу людей — не простых наёмных рабочих, которых можно переманить за деньги. Их мотивацией была математика и наука.

 

ДС: Надеюсь, это так. Хотя отчасти дело было и в деньгах.

 

КА: Они много заработали.

 

ДЖ: Не могу сказать, что все они пришли не ради денег. Думаю, многие из-за этого пришли. Но также и потому, что знали, как увлекательно это будет.

 

КА: Какое место во всём этом занимает машинное обучение?

 

ДС: В каком-то смысле, всё, что мы делали, и было машинным обучением. Просматриваешь кучу данных и пытаешься воссоздать разные схемы прогнозирования, пока не выходит всё лучше и лучше. Не обязательна была отдача. Но это работало.

 

КА: Такие схемы прогнозирования могут быть весьма неожиданными. Вы же всё берёте в расчёт, верно? Вы не упускали из виду погоду, длину платьев, политические мнения.

 

ДС: Да, длину платьев мы как-то не брали в расчёт.

 

КА: Что тогда имеет значение?

 

ДС: Всё. Всё имеет значение, кроме длины подола. Погода, ежегодные отчёты, квартальные отчёты, исторические сведения — всё что угодно. Мы принимаем терабайты информации в день. Храним, перерабатываем и подготавливаем для анализа. Цель — найти аномалию, найти подтверждение того, что, как вы сказали, гипотеза эффективного рынка неверна.

 

КА: Но любая аномалия может быть случайной. Так секрет в том, чтобы наблюдать за многочисленными странными аномалиями и определять, где они сходятся?

 

ДС: Любая аномалия может быть случайной, однако, имея достаточно сведений, можно определить, когда она не случайна. Можно найти аномалию, устойчивую на протяжении долгого времени. Тогда вероятность того, что она случайна, невелика. Но аномалии исчезают со временем. Поэтому необходимо быть в курсе всего.

 

КА: Многие люди, взглянув на индустрию хедж-фондов, шокированы тем, что там творится: как много там все зарабатывают и как много умных людей задействовано. У вас есть какие-либо опасения, связанные с этой отраслью, а, может, и со всей финансовой индустрией в целом? Стоит ли нам опасаться, не знаю, увеличения неравенства? Как бы вы объяснили происходящее в индустрии хедж-фондов?

 

ДС: Я полагаю, что последние 3–4 года дела у хедж-фондов идут не очень. Мы-то заработали, но вот индустрия хедж-фондов в целом не так уж процветала. Фондовый рынок сейчас на подъёме, это все знают. Соотношение цены к доходу выросло. Так что серьёзные деньги, вырученные за последние, скажем, 5–6 лет, не были заработаны хедж-фондами. Люди спрашивают меня, что такое хедж-фонд. Отвечаю: 1 и 20. Что значит (сейчас это 2 и 20): 2% за управление и 20% за результат. Хедж-фонды бывают разными.

КА: Есть слух, что ваши ставки немного выше двух процентов.

 

ДС: У нас в своё время были самые высокие ставки в мире. 5 и 44 — таковы наши ставки.

КА: 5 и 44. КА: 5% фиксированной ставки и 44 % с прибыли. Даже с такими ставками приносишь своим инвесторам кучу денег.

 

ДС: Да, мы много им зарабатывали. Люди злились: «Как вы можете выставлять такие высокие ставки?» Я отвечал: «Можете вывести свои деньги». Но реальный вопрос был: «Как мне получить больше?»

 

(Смех)

 

В какой-то момент, как, думаю, я уже говорил, мы всё выплатили нашим инвесторам, ведь у фонда есть ёмкость.

КА: Стоит ли нам волноваться, что в индустрии хедж-фондов занято слишком много талантливых математиков и других специалистов мира, которые могли бы трудиться над решением множества мировых проблем?

 

ДС: Дело тут не только в математике. Мы нанимаем астрономов, физиков и подобных специалистов. Не думаю, что стóит сильно об этом беспокоиться. Это всё ещё довольно мелкая отрасль. Напротив, привнесение науки в мир инвестирования помогло сделать мир инвестирования лучше. Это сократило волатильность, повысило ликвидность. Спреды стали ýже, так как люди торгуют. Я бы не беспокоился о том, что Эйнштейн может отойти от дел и основать хедж-фонд.

 

КА: Вы сейчас в том периоде своей жизни, когда вы инвестируете, хотя теперь с другого конца системы. Вы инвестируете в развитие математики по всей Америке. Это ваша жена, Мэрилин. Вместе вы занимаетесь благотворительностью. Расскажите об этом.

 

ДС: Мэрилин основала... Вот она здесь, моя прекрасная жена. Она основала фонд около 20 лет назад. Думаю в 94-м. Я говорю, что это было в 93-м, но она настаивает, что в 94-м. В какой-то из этих лет.

 

(Смех)

 

Мы основали фонд, чтобы заниматься благотворительностью. Она вела бухгалтерию и всё остальное. Тогда видения у нас ещё не было, но постепенно оно сформировалось. Мы решили сфокусироваться на математике и науке, на основных исследованиях. Так мы и сделали. Примерно 6 лет спустя я покинул «Ренессанс» и стал работать в фонде. Вот что мы делаем.

 

КА: Фонд Math for America в основном инвестирует в будущее учителей математики в стране, обеспечивая их дополнительным доходом, оказывая поддержку, проводя коучинг. Вы стремитесь сделать их преподавание более эффективным, а призвание учителя — вдохновляющим людей занятием.

 

ДС: Да. Вместо того, чтобы ругать плохих учителей, что привело к упадку духа во всех образовательным центрах, особенно в области математики и науки, мы воспеваем хороших учителей и повышаем их статус. Мы выделяем им по 15 000 долларов каждый год. 800 учителей математики и естествознания в Нью-Йорке в государственных школах, и это только основная часть. Они высоко мотивированны. Они продолжают работать в своей области. В следующем году их будет 1 000, что составит 10% всех учителей математики и естествознания нью-йоркских государственных школ.

 

(Аплодисменты)

 

КА: Джим, вот ещё один проект, который поддерживает ваш фонд: Исследование происхождения жизни. Что это на экране? ДС: Сначала предыстория, а потом я объясню, что это такое. Происхождение жизни — волнующий вопрос. Откуда мы взялись? Здесь есть два вопроса. Первый: каков путь из геологии в биологию — как мы появились? Другой вопрос: с чего всё началось? Что — если такое и было вообще — побудило жизнь? Это два очень интересных вопроса. Первый вопрос — извилистый путь от геологии к РНК или к чему-то такому. Как это всё произошло? А другой: с чего пришлось начинать? С большего, чем кажется на первый взгляд. На снимке — зарождение звезды. Каждый год во Млечном Пути, состоящем из 100 миллиардов звёзд, возникает по две новые звезды. Не спрашивайте как, но они образуются. Это занимает около миллиона лет. В любой момент времени около двух миллионов звёзд пребывают в стадии зарождения. Вот эта звезда близка к устойчивому состоянию. Всё это циркулирует — пыль и прочее — и, возможно, образует Солнечную систему или что-то такое. Но вот что интересно: в этой пыли, окружающей формирующуюся звезду, были обнаружены важные органические молекулы. Не такие молекулы, как метан, а формальдегид и цианид — кирпичики, семена жизни, если угодно. Возможно, это закономерность. Может быть, планеты во Вселенной создаются из таких вот кирпичиков. Значит ли это, что повсюду существуют разные формы жизни? Может быть. Но вопрос и в том, насколько извилист путь от хилых зачатков, от этих семян, до образования жизни. Большинство этих семян упадут на «невозделанные» планеты.

 

КА: Лично для вас найти ответ на вопросы: «Откуда мы взялись?», «Как произошла жизнь?» — это то, что вам хотелось бы узнать.

 

ДС: Да, мне бы хотелось. Я хотел бы знать. Ведь если путь развития довольно извилист и маловероятен, тогда что бы ни побудило жизнь, мы можем быть одни во Вселенной. Но с другой стороны, учитывая наличие этой органической пыли, летающей повсюду, у нас может быть много друзей вне этой планеты. Я бы хотел знать.

 

КА: Джим, несколько лет назад мне выпал шанс поговорить с Элоном Маском, и я спросил, в чём секрет его успеха. Он ответил: серьёзное отношение к физике. Слушая вас, я замечаю, что серьёзное отношение к математике изменило всю вашу жизнь. Математика принесла вам богатство, а теперь позволяет инвестировать в будущее тысяч и тысяч детей по всей Америке и не только. Значит, наука действительно пригодилась? И математика помогла?

 

ДС: Математика точно помогла. Математика помогла. Но это также было увлекательно. Работа с Мэрилин и в фонде доставляет мне удовольствие.

 

КА: Меня вдохновляет такая мысль: если относиться к знаниям серьёзно, это может многое дать. Спасибо вам за вашу потрясающую жизнь и за то, что пришли на TED.

Share this post


Link to post
Share on other sites
ReAcT

Что случилось с наиболее успешными спекулянтами, заработавшими на кризисе 2008 года ?

 

 

Всегда оставаться на высоте – задача не из легких.

 

В прошедшие выходные исполнилось 10 лет банкротству Lehman Brothers – знаковому событию, которое многие связывают с началом мирового финансового кризиса. В то время большинство инвесторов потеряли крупные суммы денег, но некоторым из них удалось добиться успеха и войти в историю. Они стали героями фильмов и книг, главной темой обсуждения на публичных выступлениях. Они вдохновили других следовать по их стопам и учиться видеть первые признаки предстоящих экономических спадов. Они «зашортили» кризис и заработали на нем миллиарды.

Но успех не длится вечно. CNBC подробно рассказал что стало с четырьмя «победителями» финансового кризиса за последнее десятилетие.

 

ДЭВИД АЙНХОРН

Айнхорна называют самым «провидческим» инвестором всего финансового кризиса. В мае 2008 года, всего за несколько месяцев до того, как Lehman Brothers объявил о банкротстве, управляющий хедж-фонда сообщил на очередной конференции Ira W. Sohn Investment Research, что инвестиционный банк представляет собой риск для финансовой системы в целом. Айнхорн также сознался в том, что его фирма Greenlight «шортила» Lehman во время того, как он произносил эту речь.

 

Тем не менее «светлая полоса» Айнхорна продлилась не так долго – в последнее время инвестор сталкивается с немалыми трудностями. В 2017 году фонд Greenlight Capital получил всего лишь скудные 1,6% прибыли, по сравнению с ростом S&P 500 на 19,4%.

В этом году показатели стали еще хуже – по данным на конец августа убытки достигли почти 25%. По словам Айнхорна, неэффективность фонда кроется в неверном выборе инвестиционной стратегии для текущей рыночной ситуации, а именно – инвестирования «в стоимость».

 

МЕРЕДИТ УИТНИ

«Звездная» ставка Уитни пришлась на Citigroup. Еще в октябре 2007 года она заявила, что корпорации необходимо сократить дивиденды из-за неправильного управления, которое и стало причиной значительного падения акций банка. Замечание Уитни практически сразу же получило отклик – спустя несколько дней генеральный директор банка Чак Принс ушел в отставку, а через две недели компания уменьшила дивидендные выплаты.

 

Но Уитни так и не удалось добиться такого же успеха после того, как рынок вступил в «бычью» фазу. В 2010 году во время телешоу «60 минут» на CBS она пророчила обвал на рынке муниципальных облигаций, но предсказание так и не воплотилось в реальность. Затем Уитни открыла хедж-фонд, но, судя по данным The Wall Street Journal, он сразу начал терпеть убытки и к 2015 году закрылся. 

В том же году Уитни присоединилась к Arch Capital Group. Представитель Arch Capital подтвердил, что она все еще работает в компании и управляет долевыми инвестициями.

ДЖОН ПОЛСОН

Самую выгодную ставку против ипотечного «пузыря» в свое время сделал Полсон. В 1994 году он основал собственную инвестиционную компанию Paulson&Co, которая в период между 2007 и 2009 годами принесла прибыль размером в $20 млрд. Такой успех стал возможен благодаря его ставке против высокорискованных ипотечных бумаг, которую он сделал посредством дефолтных свопов. Сам Полсон заработал на этом приблизительно $4 млрд.

 

Но несмотря на успехи в прошлом, в последнее время фирма сталкивается с большими убытками. Как сообщает Bloomberg, в начале этого года активы Paulson&Co упали с $38 млрд (по состоянию на 2011 год) до $9 млрд. Кризис наступил после того, как некоторые из его фондов не принесли ожидаемую прибыль. По данным СМИ, в 2016 году показатели фонда Paulson Partners Enhanced снизились на 49% и еще на 35% в прошлом году, а прибыль Paulson Partners за последние четыре года упала более чем на 40%.

СТИВ АЙКМАН

Трейдер обязан популярностью Марку Льюису, автору книг, критикующих алчность Уолл-стрит, по одной из которых был снят одноименный фильм «Большая игра на понижение». Стив Кэрелл, номинант на Оскар, сыграл в нем Стива Айкмана (управляющий Марк Баум).

Айкман предугадал кризис 2008 году и сделал состояние на коротких продажах ипотечных бумаг. Дела шли настолько хорошо, что хедж-фонд, находящийся в то время под его управлением, более чем удвоился – с $700 млн до 1,5 млрд.

Но триумф Айкмана продлился недолго. В 2012 году инвестор ушел из FrontPoint и основал свой собственный фонд под названием Emrys Partners. В течение двух лет после открытия фонд демонстрировал неоднозначную динамику (3,6% в 2012 году и 10,8% в 2013 году), поле чего Айкман принял решение о закрытии. 

 

В сентябре 2014 года он присоединился к Neuberger Berman в качестве управляющего портфелем активов. Согласно данным веб-сайта фирмы, на данный момент под его управлением находится около $767 млн.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now
Sign in to follow this  

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

×